"Мужество - не отсутствие страха. Это выполнение задачи, несмотря на него": как наши бойцы отвоевывают небо и землю на Добропольском направлении

Сначала появляется жужжание где-то на западе. Въедливое, на одной ноте, будто за стенкой завели бензопилу и забыли выключить. Идёт чужой дрон самолётного типа, с боевой частью, нацеленный на наш тыл. На города и их жителей, которые спят за сотню километров отсюда.

А потом небо разрывают две очереди в один момент. Спарка бьёт так, что уши закладывает до звона, и красная трасса уходит вверх упрямая, злая. Секунда. Две. Короткая вспышка на высоте. Раскатистый грохот через мгновение Так это происходит во время пролета вражеских беспилотников через расчеты мобильных огневых групп под Донецком. А я вместе с бойцами МОГа сижу и скучаю в оглушительной тишине повезло с ночным дежурством.

Видео боевой работы мне показывают на одной из позиций, вокруг которой раскинулось бесконечное небо. Через прибор ночного видения разглядываем звезды и спутники. Они тоже похожи на звезды, только двигаются в разные стороны. Те, что от Старлинка летают паровозиком сразу по 10-15 точек. Интересно, думаю, видно ли нас сверху в свете красных тактических фонариков? В этом багровом полумраке боец в маске, лента патронов через плечо станка и маленький экран. Монитор, на который выведена картинка с тепловизора спаренного пулемета. Боец роты противодействия БПЛА 23 зенитно-ракетного дивизиона 51 армии Центра смотрит не в небо в планшет.

Бойцы отвоевывают небо и землю на Добропольском направлении

Александр КОЦ

Ему 21. Из Макеевки, местный. До войны строительный факультет, недоучившийся инженер. Тот, кому потом предстоит, по его же меткому замечанию, отстраивать всё, что поломали. А пока он отстреливает то, что должно прилететь и поломать.

Спрашиваю, зачем пошёл. Мнётся как тут не пойдешь, если ты местный. Про работу говорит без запинки. Пять сбитых со спарки. Бьёт ударники те, что идут далеко в тыл.

Если спрошу, что чувствуешь при поражении, ответишь отдачу?

Облегчение. Не долетит до города, не убьет людей на трассе.

Рядом командир отделения. Позывной Тихий, лицо не прячет. Седьмой год в ПВО без перерыва, как один долгий караул. Пришёл в народную милицию в восемнадцать, мальчишкой. Потом СВО: Мариуполь, Авдеевка, Новогродовка, Димитров. Сам тоже макеевский.

Александр КОЦ

Работает по-македонски. Пулемет-спарка и переносной зенитно-ракетный комплекс Верба, о котором Тихий говорит с интонацией мастерового: Бьёт на шесть километров, по дронам отрабатывает до километра, счёт сбитых растёт. PD-2 повадились ходить стаями по пять-шесть на одну точку.

Тихий седьмой год в ПВО

Александр КОЦ

Есть спортивный азарт? Или охотничий?

В начале адреналин, мандраж небольшой. А потом лишь бы сбить.

Накануне был массированный пролёт та самая ночь, когда раскаты взрывов докатились до Москвы. Небо гудело. Только шло все мимо стороной, не через его сектор. И Тихий, вместо того чтобы выдохнуть, звонил командованию, просился туда, где гуще. Не из удали из простой солдатской арифметики. Каждый борт, который он не снимет здесь, кто-то может получить там в окно спящей квартиры. Но и воинскую дисциплину никто не отменял. Стой, где поставили, у каждого своя роль и своя цель.

У штурмовиков она особая. Если зенитчики отвоевывают небо, то пехота землю. Штурмовики 102 мотострелкового полка 150 дивизии группировки войск Центр на минувшей неделе освободили Приют посёлок на трассе Родинское Дружковка. Сорок дворов, которых нет ни на одной туристической карте.

Замкомвзвода Космос на гражданке стоял у станка обычный слесарь. Мобилизован в конце 2022 года, попал в штурмовой отряд с первого дня формирования и с тех пор в нём, как влитой. Маринка, Бахмут, Курахово, Торецк. Спрашиваю прямо: штурмовик самая смертельная работа на этой войне, как ты жив за три года? Космос не умничает.

Секрет удача и помощь Бога. Иначе не выживешь.

На штурм он уходит навьюченный, как мул. За 40 килограммов на спине броня, каска, автомат, боекомплект, провизия, рации, аккумуляторы. Заходят ведь не на день и не на два пока тыл протянет снабжение. И всё это надо донести на своих двоих. Под небом, полным чужих глаз.

Командир штурмового взвода с горьким позывным Кислый другая порода. Кадровый, в строю с 2005-го. Воевал на танке, командовал БМП, полгода собирал себя по кускам в московском госпитале после тяжёлого ранения. Мог комиссоваться и не раз. До сих пор носит в теле осколки. Спрашиваю почему. Отвечает коротко, будто извиняясь за высокое слово.

Воспитание такое. Дедушка воевал в Великую Отечественную. Рассказывал много.

Спрашиваю, чем Приют отличался от прежних штурмов. Роняет пару слов:

Количеством дронов. На одного штурмовика теперь иной раз приходится около 20 птиц. Идти в таком небе можно только по-звериному. Час сидишь, два, три, не дыша, пока воздух не успокоится. Потом короткий рывок до следующей тени. Замаскировался снова рывок.

Страха, наверное, уже нет?

Страх всегда. За бойцов. За то, что дома что-то не доделал. За детей, которые останутся.

А потом Кислый говорит то, ради чего, наверное, и стоило ехать к этому немногословному мужчине с автоматом. Произносит ровно, без нажима. Как формулу.

Есть такое слово мужество. Это не отсутствие страха. Это выполнение задачи, несмотря на него. А люди у меня мужественные.

Если бы у меня был блокнот, а не камера, я бы записал и подчеркнул дважды.

Александр КОЦ

Самый молодой Тайван. Стрелок-штурмовик, 27 лет, из калмыцких степей. Контракт подписал в начале года. Зачем, отвечает по-степному скупо: Принести пользу, помочь пацанам.

Две недели полигона. Тактика, карты, маршрутные точки, наука заходить в лесополосу и не остаться в ней навсегда. До этого только срочка в ракетных войсках под Нижним Тагилом. Совсем другая жизнь.

Тайван. Стрелок-штурмовик, 27 лет, из калмыцких степей

Александр КОЦ

Первый бой в его жизни случился здесь же, в Приюте, но еще в феврале, когда его пробовали на зуб. Задача занять точку и закрепиться. Дошёл, как учили скрытно, по теням. В стрелковом бою, в своем самом первом, снял двоих. Потом подорвал блиндаж с еще одним оппонентом. И говорит без бравады, скорее с тихим удивлением:

Страшно же должно быть. А было не страшно. Будто я это всю жизнь делал.

При откате его зацепило в руку. После госпиталя командиры, посмотрев на парня, который в первом же бою держался как ветеран, поставили его инструктором.

Приют сидит на трассе Родинское Дружковка, в полукилометре севернее Павловки. До самой Дружковки около 10 километров. Меньше, чем иной горожанин наматывает за день по фитнес-браслету между офисом и кофейней. Только здесь расстояния измеряются иначе.

Дружковка это западная стена громадного укрепрайона. Единый узел обороны, который противник строил больше десяти лет. Траншеи в три наката, противотанковые рвы, минные поля, эшелон за эшелоном. Бить такое в лоб умываться кровью без результата. Логика другая: не пробивать стену, а обходить и душить. Резать жилы снабжения. Сжимать с флангов.

Александр КОЦ

Замысел простой и страшный своей последовательностью. Три клина сходятся на одну цель. С севера Красный Лиман, верхняя клешня. С юга Константиновка, южные ворота. А с запада Доброполье. И вот в этот, западный палец клешни, ровнёхонько ложится наш неприметный Приют.

Группировка Центр заходит на линию Константиновка Дружковка Краматорск Славянск с запада, пытаясь выйти на главный укрепрайон ВСУ в Донбассе с тыла. Не грудью на бетон и колючку, а с той стороны, где у фортеции голая спина. Особенно после того, как мы освободим Доброполье и откроются дороги с запада на Краматорск и Славянск. По которым штурмовикам еще предстоит пройти непростой путь.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

При эвакуации думаешь душой, а не головой: как российские бойцы спасают гражданских из фронтовых сел

Рубикон. Охотники за Хорнетами: как одно из самых секретных российских беспилотных подразделений борется с дронами ВСУ