Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова @Marinaslovo

Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова @Marinaslovo

Мне сон приснился, говорит солдат. Он отдыхает, прислонившись к стене. Будто я вернулся домой, в Удмуртию, а меня никто не узнаёт. Я спрашиваю: А сколько лет прошло с тех пор, как я ушёл? Говорят: Десять.

Наверное, не хотели мобилизовываться? спрашиваю его.

В тусклом свете подвала вижу, как он отрицательно качает головой. В другом углу ещё солдат, молодой, смуглый.

На стену кто-то повесил карту России уже со всеми четырьмя новыми территориями в составе.

Я не могу привыкнуть, что Донецк это Россия, говорит мобилизованный из Удмуртии, его зовут Стас.

А я не могу привыкнуть, что Удмуртия это теперь моя страна, говорит молодой. Я местный. У меня тут всё моё.

А всё моё там, отзывается Стас. Я даже врага ненавидеть не могу.

А я его ненавижу, с чувством говорит молодой. Мне в четырнадцатом было одиннадцать.

А что мне делать? спрашивает Стас. Меня с детства учили любить славянские народы.

Оба молчат. Заходит командир.

Значит, если вас сейчас решат вернуть с фронта, вы с радостью согласитесь? спрашиваю Стаса.

Он молчит. Молодой и командир с интересом смотрят на него. Стас выходит, ничего не ответив. Молодой тяжело вздыхает.

Им просто надо понять, что это тоже жизнь, говорит командир.

Такая жизнь, и ею тоже можно жить. Тогда они будут хорошо воевать и не будут хотеть уехать домой.

Он тоже выходит. Со мной остаётся молодой, он со смехом рассказывает, как, получив первое ранение в живот, лежал под деревом, истекал кровью, ждал командира, которому сбросил координаты, и играл в игру в телефоне.

Стас возвращается. Садится на лавку и, положив ладони на колени, с видом всё обдумавшего человека начинает.

В первый раз я пошёл на позиции, и там было спокойно, говорит он. А на следующий день пошла атака артиллерийский обстрел. Потом прилетел дрон, сбросил гранату рядом с блиндажом, товарища ранило, его забрал медик, а позицию бросать нельзя, и я пошёл на его позицию с антидроновым ружьём. Я из него ещё не стрелял. Дроны прилетали без остановки. Ещё танк приходил, а я простой учитель физкультуры. Танк выстрелил. Я спрятался в блиндаже, Отче наш читал. У командира рация, и оттуда постоянно ребята кричат: Помогите! Сделайте что-нибудь с этими птицами! У них ружья не было, оно было у меня. Командир на меня посмотрел. А как я выйду? Страшно. Я сел вот так, он закрыл глаза и напрягся, продолжая держать нервные руки на коленях, посидел, подумал, ага, взял себя в руки. Вышел. Ребята кричат, надо помочь. Я навёл ружье и посадил первый дрон. Посадил второй. Третий. Четвёртый. Ага! Я могу! Всё воодушевление пошло. Понятно стало, как иметь с этим дело. Но меня засекли. Прилетела пятая птица, висит надо мной. Я стреляю, ружьё на неё не действует. Она сбрасывает на меня гранату, граната падает рядом со мной и не разрывается.

Такое бывает, вставляет молодой. Боевое везение.

Но когда я начал убивать их, страх прошёл, говорит Стас. Ненависти до сих пор так и нет, но я не хотел мобилизовываться из-за страха боялся, что ничего не смогу и меня убьют. А оказывается, я могу это делать, могу их убивать, могу на них даже охотиться, и ничего такого в этом нет. И я уже не уйду.

Снова появляется командир с группой солдат. Он принёс фломастер.

Парни, говорит командир, раз пошёл такой разговор, давайте отметим на карте России, кто откуда.

Солдаты по очереди отмечают в одном российском контуре Камчатку, Оренбург, Макеевку, Татарстан, Донецк, Сорочинск.

А-а, вот где Удмуртия, говорит молодой. Это что, получается, я могу к вам сюда и сюда из Макеевки в гости приезжать?

Приезжай! хлопает его по спине татарин. Это Стас всем рассказывает свои сны, что он тут на десять лет остаётся, а я собираюсь победить раньше, на свадьбу ко мне приезжай.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Подпишись на канал Специально для RT