Что колумбийский писатель, семья которого пострадала от неонацистов, хотел увидеть в Краматорске?

Президент Колумбии Густаво Петро в четверг, 29 июня, призвал МИД страны выразить России протест в связи с ранением троих граждан Колумбии во время ракетного удара по Краматорску накануне. Один из пострадавших колумбийцев писатель Эктор Абад Фасиолинс

Российское посольство в Колумбии назвало поездку Фасиолинс на Украину "безрассудной": писатель приехал в Краматорск вместе с колумбийским политиком Серхио Харамильо и журналисткой Каталиной Гомес, а во время удара все они находились в пиццерии вместе с украинской писательницей Викторией Амелиной.

Именно Амелина, в последнее время выпускающая исключительно минималистические заметки о военных реалиях разных украинских городов, сообщила о ранении колумбийцев. Сама она находится в больнице с тяжелым ранением, но Абад, Гомес и Харамильо пострадали незначительно.

Ключевая фигура среди них Серхио Харамильо бывший переговорщик между колумбийским правительством и партизанской организацией ФАРК (Fuerzas Armadas Revolucionarias de Colombia Революционные вооруженные силы Колумбии). Весной этого года он создал международную (но по сути ориентированную только на страны Латинской Америки) организацию Aguanta Ucrania (Держись, Украина ред.), деятельность которой сфокусирована не на помощи жертвам боевых действий, а непосредственно на информационном освещении событий под "правильным углом".

Писатель Абад присоединился к организации по неизвестным мотивам, но сама его биография крайне интересна в этом контексте.

Полувековая война в Колумбии

Контекст, в котором формировались взгляды Эктора Абада, казалось бы, очевиден: его отца, врача и левого активиста Гектора Абада Гомеса убили проправительственные "парамилитарес" вооруженные правые формирования в Колумбии вовремя Гражданской войны. Позднее они превратились в ЧВК для личной охраны политиков и наркобаронов, но об этом позднее.

По мотивам этих трагических событий Абад написал роман "Грядущая забывчивость", а режиссер Фернандо Труэба снял в 2020 году успешный, по колумбийским меркам, фильм: все же, Колумбия культура сериалов, а не полнометражного кино.

В романе Абада есть сцена, более чем точно характеризующая реальность, в которой писатель вырос: на волне небывалого радикализма в Колумбии, в расцвет агрессивных группировок "парамилитарес" расцвел буйным цветом и антисемитизм (куда же без него, хотя, признаемся честно, это совсем не то, что первым приходит в голову, когда мы думаем о Колумбии), и Абад, будучи ребенком, вместе с другими мальчишками бросал камни в окна дома, где жила еврейская семья. Окно разбилось, мальчик хотел убежать, но отец, наблюдавший за этой сценой, поймал его за руку и объяснил: тебе придется извиниться, и ты поймешь, почему это нужно, когда узнаешь, сколько людей погибло в Европе по этой причине.

История с беспределом парамилитарес хаотичных поначалу вооруженных групп берет начало с того момента, как Холодная война пришла в Латинскую Америку с 46-47 годов, когда в погруженных в нищету и безработицу Антьокии, Киндио Рисаральде, Кальдасе, и других регионах, на улицах начали происходить стихийные столкновения между консерваторами и либералами, а послевоенное правительство в лице президента Мариано Оспино Переса подошло к решению проблемы "креативно".

Выбрав проамериканский путь (латиноамериканцы сейчас традиционно поправили бы меня, что определение неверно они такие же американцы, как и на севере, а речь идет о политической и финансовой гегемонии США), Перес решил вооружить население, лояльное консервативным идеям: Колумбия довольно религиозная страна, а потому на сделку с полицией шли верующие католики, консерваторы, традиционалисты. Параллельно с расцветающим в США маккартизмом любой человек других взглядов считался коммунистом и агентом Советского Союза.

Вооружали буквально любого, согласного убивать оппонентов, но план правительства по унификации населения успехов не имел: социальный взрыв произошел в 1948 году, когда на IX Панамериканской конференции, 9 апреля, на улице был убит лидер либерального сопротивления Хорхе Эльесер Гайтан.

Несмотря на то, что убийство (по крайней мере, по результатам официального следствия), оказалось едва ли не бытовым, а убийца Роа Серра сумасшедшим, Богота взорвалась митингами, драками, стычками и перестрелками.

Только в 1952 году разрозненные группы партизанского сопротивления смогли объединиться благодаря Гуадалупе Сальседо, руководителю одного из крупнейших отрядов в северо-восточном регионе Льянос. Партизаны объявили о создании Народного движения национального освобождения, которое позднее превратится в ФАРК, и бойцы которого по сей день скрываются в лесах и джунглях Колумбии и Перу.

Война не прекращалась ни на год: теперь на континенте Колумбию называют "Израилем Латинской Америки", а в 70-80-е в борьбу политиков и повстанцев включилась беда, по сей день терзающая народ Колумбии наркотрафик. Парамилитарес к тому времени стали вполне себе организованными и до зубов вооруженными формированиями, неизменно защищающими консервативные власти, стремящиеся в объятия Вашингтона, а повстанцы сформировались как отдельные группы людей левых взглядов.

От Советского Союза они получали помощь оружием: собеседник издания рассказал о том, как советские вертолеты, пролетая над границей между Колумбией и Перу на максимально низкой высоте, сбрасывали винтовки и боеприпасы прямо в джунгли, отрядам партизан. Авантюра состояла в том, что над Перу они пролетали совершенно легально у стран были хорошие взаимоотношения, а колумбийским диспетчерам сообщали, что снижаются из-за неисправности бортов, на самом деле, направляясь именно в Перу.