«Чуть в СБУ не забрали»: как житель Красноармейска дожидался прихода российской армии

Ждал русскую армию, прятался от ТЦК и ускользнул из рук СБУ. Так выживал Игорь из теперь уже освобождённого Красноармейска (ДНР). Военкор RT Анна Долгарева выяснила, как местные жители дожидались российской армии на оккупированных ВСУ территориях.

• Из личного архива

Красноармейск место, которое пропитано человеческими трагедиями. Здесь украинская полиция забирала детей из семей, вынуждая родителей отправляться за ними в чужие края. Здесь дроны ВСУ убивали и убивают гражданских. Здесь мужчины прятались от сотрудников ТЦК. Игорю повезло выжить в этом городе, ему повезло уйти от военкомов не раз и не два.

У него бронь была, говорит Надежда Александровна, мама Игоря. Он шахтёров возил на шахту.

Пожилая женщина, у которой часто прихватывает сердце, стоит в дверях приземистого домика. Она отказалась уезжать из Красноармейска: тут всё же своё жилье, а в эвакуации пункт временного размещения, общежитие, неизвестность.

А куда уезжать, девушка? с горечью говорит она. Страшно тут, конечно, боюсь. А кто не боится смерти? Мы молимся.

Я же уклонист

Соседей у Надежды Александровны и Игоря осталось не много: на их улице одна семья из трёх человек, на соседней девочки вроде вас. Она слышала, что многие продолжают жить на микрорайоне дальше от частного сектора, там, где многоэтажки. Говорят, там недавно раздавали большую партию гуманитарки. Надежда Александровна не пошла, у нее больная нога.

• Из личного архива

Игорь появляется как раз в середине рассказа Надежды Александровны. Высокий крупный мужчина лет сорока, со шрамом, пересекающим глаз прямо по веку. Осколком прилетело год назад, поясняет он.

По началу Игорь разговаривает неохотно, но постепенно втягивается в беседу.

Бронь, о которой говорила его мама, для ТЦКашников не была уважительной причиной, чтобы не призывать человека в ряды ВСУ. По крайней мере, несколько его знакомых, имевших полное право остаться на гражданке, все-таки отправились на фронт.

Игорь решил, что бережёного Бог бережёт, и не выходил лишний раз из дома, попросил жену и мать всем рассказывать, что он выехал куда-то. Словом, классическая история жителя Украины мужского пола и призывного возраста.

Но выходить приходилось, и как-то он попал под обстрел. Шальной осколок травмировал лицо так, что Игорь чуть не потерял глаз. Пришлось отправляться в больницу. Он поехал в соседнее Доброполье.

• Из личного архива

Пока в больнице в Доброполье лежал, чуть эсбэушники не забрали. Я же уклонист. Хорошо, доктор нормальный попался. Говорит мне: там тобой люди интересуются. А у меня глаз, да еще и нога, Игорь закатывает штанину и показывает впечатляющий сквозной шрам на икре. Вот это входящая дырка, это исходящая. Говорю доктору: что делать будем? Он мне: тебе надо быстро отсюда валить. Сможешь, говорит, дома долечиться? Ну а куда мне деваться? Смогу.

Из больницы его увёз друг, который также сумел избежать лап военкомов. К тому времени боевые действия шли вокруг города, и в Покровск эсбэушники не совались.

Привыкла к дому

Дома уклонист Игорь дождался российских войск. По словам мужчины, он хотел уехать в Россию, но мать твёрдо решила остаться в родном городе.

• Из личного архива

У жены с тёщей уже и паспорта российские, и загранпаспорта, друзья повыезжали. А мать ни в какую..., говорит он. Наш разговор сопровождают автоматные выстрелы: как позже выяснилось, на соседней улице бойцы засекли вражеский дрон и сбивали его. Сбили успешно.

Я понимаю, что проблем с жильём и работой в России у этой семьи не возникло бы. Но Надежда Александровна, как и многие пожилые люди слишком привыкла к собственному дому. Привыкла настолько, что готова жить в условиях смертельной опасности: украинские дроны кошмарят.

С другой стороны, чего уже ехать, как будто уговаривает себя Игорь. Мы тут уже сколько просидели, России дождались. Будем помогать строить город. Опять же, мы не одни на улице, другие тоже помогут.

Он выводит нас на соседнюю улицу огородом мимо разрушенной пристройки, мимо воронки в земле, мимо сотен лесок оптоволокна от запутавшихся дронов. Когда-нибудь Красноармейск будут восстанавливать, но пока что оставшимся здесь жителям надо просто дожить до это момента. Игорю и его маме помогли продержаться и уцелеть фантастическое упорство, даже упрямство. Они не захотели никуда уезжать с родной земли. Наверное, эти качества заставили их остаться здесь, чтобы строить заново свой город.