"Вытащил чеку зубами и ждал смерти": Штурмовик "Вагнера" рассказал, как жена спасла его в Бахмуте

Тяжело раненный, он ждал смерти как облегчения и вдруг увидел жену. И тут же услышал приближающиеся голоса, понял: "Враг!" Вытащил зубами чеку из гранаты и сжал рычаг

Его позывной "Ветер". Он бывший командир штурмовой группы. Четыре месяца не вылезал из уличных боёв в Бахмуте, где огневой контакт был на расстоянии 35 метров, и гранатами перекидывались с противником как снежками.

"Ветер" башкир, но не отличает себя от русских. Он офицер в третьем поколении. Его отец-десантник воевал два года в Афгане, получил серьёзные ранения. А "Ветер" пошёл служить в милицию. Шесть лет отработал оперативником уголовного розыска.

Тогда ещё не было умных камер, и мне приходилось носом рыть землю. Работа благородная и неблагодарная,

вспоминает он.

Для службы в милиции это было не лучшее время развал Советского Союза. Многое было не по закону, а "по понятиям". В том числе и в угрозыске. А для него честь мундира имела значение. И из милиции он ушёл.

Занялся бизнесом. В 2014 году в Донбасс хотел уехать добровольцем. У него были знакомые в "Славянском корпусе", позже преобразованном в группу "Вагнер".

Это были военные энтузиасты, ветераны Афганской и Чеченской войн, идейные сторонники Русского мира, отправившиеся воевать в Донбасс под руководством Дмитрия Уткина. Пригожина тогда ещё не было на горизонте. Он появился потом, когда власти осознали, что теряют позиции на мировой арене, что Россию отовсюду вытесняют, и понадобилась сила, способная решать военные задачи в ситуациях, где официально нельзя было задействовать армию.

Эту особую, деликатную миссию и поручили Евгению Пригожину. А он в свою очередь обратил внимание на "Славянский корпус", хорошо себя зарекомендовавший в боях за Донбасс.

"Ветру" тоже предлагали к "Славянскому корпусу" присоединиться. Но в 2014 году у него не вышло. А потом он встретил Элю.

С самого начала совместной жизни мы столкнулись с неимоверными трудностями, в том числе финансовыми. Мы измучились, но вместе их пережили,

говорит Эльвира.

В 2022 году пришло время ещё больших испытаний. "Ветер" не вылезал из интернета, следил за новостями начавшейся спецоперации на Украине. Сердце обливалось кровью за жителей Донбасса, которых убивали во дворах их домов.

Я не кровожадный человек. Но в детстве, если было надо, мы всегда рубились за свой двор. То же самое и в масштабах государства. В 2022 и 2023 годах схлестнулись самые идейные и поубивали друг друга. В Бахмуте мне посчастливилось воевать с поляками, прибалтами, грузинами да кого там только не было...

"Надо мало есть, мало пить и мало спать"

"Вагнер" в 2022 году шли люди идейные. Они подписывали пункты в договорах о том, что отказываются от госнаград и льгот. Соглашались с тем, что если попадут в плен, то Россия их не признает своими военнослужащими. С тем, что, если их убьют, то пусть там и оставят тело.

Условия были очень жёсткими, хотя на практике "вагнеры" были известны как раз обратным старались вытащить всех своих погибших. Да и были у них свои ордена и медали, которые сегодня, после пройденного "оркестром" боевого пути, котируются как государственные.

В "Вагнере" нас серьёзные ребята готовили. Много нагружали, и первое, чему учили, мало есть, мало пить, мало спать, потому что истинное лицо войны именно такое. Вы там вечно недоедаете, у вас один глоток воды на троих, а ваш сон остался дома на гражданке.

"Ветер" ушёл воевать, потому что ему стало за Россию обидно. Фото предоставлено Царьграду

По его словам, для мужчины такие нагрузки нормальны организм адаптируется. Пережив трудности, люди становятся сильней и мудрей. А не пережив, не ценят жизнь и вообще ничего.

"Ползу и вижу мёртвые тела"

20 августа их после полигона завели на позиции. 3 сентября они двигались в сторону Соледара после "железного леса" огромнейшего железнодорожного узла, где снимали фильм "Лучшие в аду". За депо небольшая зелёнка, холмы, деревенька.

Наши там окапывались. "Ветер" был тогда в ВОПе (взводе огневой поддержки), они прикрывали тыл нашим штурмовикам, которые ушли вперёд на километр. Прямо за ними стояла артиллерия.

У штурмовиков уже возня началась. А мы ещё не нюхали пороху: минут 15 копали, смеялись и не понимали, что звуки, раздающиеся впереди, это "выходы" вражеских снарядов. Поняли, только когда по нам начались прилёты. И первым же убило парнишку в 3 метрах от меня.

По их позиции бил вражеский "Град". А "Ветер" успел выкопать себе окопчик только по колено. Он сразу надел бронежилет, шлем и попытался, скукожившись, поместиться в этой норке. Последовало ещё три прилёта, рядом жахнуло.

Сразу же в глазах темнота. Открываю, вижу кровь, мою голову будто изнутри разрывает. Где я? Не могу найти окоп, шлем, автомат. Ползаю, вижу мёртвые тела. Не слышу взрывов, но от каждого чувствую взрывную волну. Остатки здравого смысла говорят: "Ложись!", а я от боли ни лечь, ни на месте замереть не могу. Увидел воронку, нырнул в неё. Потом узнал, что меня взрывом отбросило на несколько метров.

Доктор в госпитале сказал "Ветру", что это чудо. Во-первых, если бы был покрупнее, его бы разорвало, а так как маленький и лёгкий, отбросило. Во-вторых, взрыв случился на вдохе, и у него в лёгких был воздух, а иначе умер бы в полёте: от давления они свернулись бы в трубочку.

У меня была контузия второй степени. Врачи предупредили: ещё одна такая в лучшем случае будешь дурачком, в худшем не выживешь. Хотели списать. Но я ответил: "Ну я же целый".

А в это время дома Эля себе места не находила. Муж звонил с большими перерывами в "Вагнере" строго со звонками по телефону.

Сейчас, оглядываясь назад, я сама не понимаю, как пережила это время. Устроилась в торговый центр продавцом. И чтобы отвлечь себя от дурных мыслей, весь год отработала без единого выходного. Как робот по 12 часов. Приходила домой и падала без сил,

вспоминает Эля.

В Бахмуте не хватало еды, воды, воздуха

Штурм Бахмута для "Ветра" начался с асфальтового завода, дальше по "открытке" (открытой местности) дошли до мебельной фабрики их легко получилось забрать. Потом дважды пытались форсировать речку Бахмутку неудачно: много бойцов утонуло.

С третьей попытки всё-таки зацепились за противоположный берег за окраину города. Жуткая "возня" была за какое-то огромное предприятие ("Ветер" не помнит его название). По сравнению с ним относительно быстро за 12 часов взяли вокзал, хотя за него пришлось серьёзно рубиться. И дальше потихонечку начали продвигаться от дома к дому.

С конца декабря, когда начались бои за Бахмут, "Ветер" вообще не звонил жене, не было такой возможности. У него убило двух командиров, и он сам стал командиром штурмовой группы.

Муж пропал на четыре месяца. Я в приметы не верю. Но знакомая на работе во время обеденного перерыва мне говорит: "Эля, ты ешь, а у тебя всё изо рта падает. Наверное, у тебя муж голодный",

рассказывает Эльвира.

Так и было. Тылы "Вагнера" по три дня не могли подойти. Штурмовики выживали как могли. В поисках еды копались в помойках. Потом "Ветер" взял себе в привычку рассовывать в рюкзак и в карманы побольше галет и чёрного шоколада, которые выдавали в пайках.

Фото: ТГ-канал Министерства обороны

Вечные проблемы были с водой. Если её и приносили с каких-то складов, вся она была замёрзшая, а растапливать нечем. Штурмовику в день положено 1,5 литра. Но во время боёв нужно больше.

Кругом пылища, вы захлёбываетесь адреналином, вам воздуха не хватает, не то что воды. А если ещё кто-то ранен, её и подавно не напасёшься.

"С именем Господа на Господа уповаю"

Эля не видела мужа больше полугода и четыре месяца не имела от никаких вестей от него, вплоть до марта 2023-го. Обратилась в "контору". Там объяснили, что не могут никакой информации предоставить, так как у них самих нет с ним связи, но если что-то случится, сразу оповестят.

Я осталась наедине с бедой. Это ударило по здоровью. Начались болезни, которых раньше не было. Эти месяцы были предчувствием надвигающейся беды. Я сказала: Господи, просто надеюсь на тебя. Верила, что Он никогда не пошлёт человеку того, что тот не в состоянии вынести.

"Ветер" молился перед каждым боем. Штурмуя здания, он дважды срывал растяжки. В первый раз леску, ведущую к мине. Услышав щелчок, успел отпрыгнуть за угол, и тут же мимо пролетели огромные ворота, как щепка, сорванные взрывом с петель.

Во второй раз при зачистке помещения сработала граната Ф-1: из неё выдернули чеку, а рычаг запала придавили кирпичиком. Снова успел отскочить.

Война "Вагнера" хорошо показана в фильме "Лучшие в аду". Кадр из фильма

"Ветер" на фронте видел разную смерть она редко бывает красивой. И часто задавался вопросом: "Господи, как я выжил?"

Как-то в Бахмуте вели огонь из подвала. Я из одной бойницы, а парнишка рядом из другой. Жахнул взрыв: парнишке осколок попал в голову, а другой пролетел мимо моего уха. А могло ведь быть и наоборот. Но Господь распорядился вот так.

"Ветер" и до этого верующий был, но на войне очень глубоко начал осознавать, что на всё воля Господа.

Поначалу, когда молился, видел усмешки. Но потом ребята стали молиться вместе со мной. Повторяли: "С именем Господа на Господа уповаю. Нет ни силы, ни мощи ни у кого, кроме Господа. Аминь".

В начале марта они освободили большую часть Бахмута. Причем всё время шли в гору. Взяли промежуточную высоту перекрёсток двух широких улиц на вершине холма.

Когда "Ветер" оттуда посмотрел вниз, удивился тому, как им вообще удалось на этот перекрёсток подняться: на протяжении всего многодневного двухкилометрового подъёма они были у противника как на ладони. Но примерно такая же картина была впереди. Им требовалось взять следующий холм ещё выше.

Была их очередь штурмовать. Они должны были занять дом, закрепиться и обеспечить проход через дорогу другим группам. Когда вышибли противника, поступила вводная идти дальше: опять в гору, опять по "открытке".

Мы шли вшестером. У меня сработала "чуйка", успел подумать "Где бы здесь спрятаться?" тут же вспышка, какой-то глухой звук, и я падаю.

Правый глаз "выключился", левым видит: кровь течёт отовсюду. Оборачивается: автомат разломан, вокруг разорванные тела. Один только живой лежит, держится за лицо и кричит.

Смотрю, а у самого вся правая сторона тела в осколках, от пятки до головы, нога сломана в двух местах, рука превратилась в фарш, на левой ноге вырвало икру. Шлем на голове осколками чуть ли не вывернуло наизнанку. Причём это был один из тех редких дней, когда я его вообще надел. До этого ходил на штурмы в кепке и балаклаве.

"Ветер" попытался что-то сказать в рацию, и тут услышал рядом с собой шлепки. Это снайпер начал их добивать. Раздался звук лопнувшего арбуза пуля попала в голову второму выжившему. С такой силой, что каска отлетела.

Стало страшно. Понял: я следующий. Увидел воронку в асфальте. Как мог полз к ней. И в тот момент, когда полтела уже было в воронке, снайпер меня всё-таки достал. Пуля попала в край бронежилета, сломала ребра, но проникающего ранения не было.

Он закатился в воронку. И вырубился. Когда очнулся, был уже обессилен. Вытекло много крови. И она продолжала сочиться как из дуршлага.

Я был весь разорван. Правый глаз висел на щеке. У меня были повреждены три конечности, и я не понимал, на какую накладывать жгут. Вытащил аптечку она была дырявая от осколков, и жгут в ней тоже был дырявый.

"Ветру" перебило артерию. Но ему перебило и кость, которая зажала артерию, и кровь вытекала медленно. Он провалялся в воронке до вечера. Приходил в себя от холода и снова терял сознание. В последний раз его разбудила жена.

Выдернул чеку и ждал

"Ветер" вдруг увидел Элю с распущенными волосами и в голубом платье том самом, в котором она провожала его на войну. Её взгляд был встревожен. Эля его звала.

Коллаж Царьграда

Очнулся в сумерках и услышал неясные голоса. Он был не только дезориентирован после контузии, но и почти ничего не видел, не слышал. Успел подумать: "Надо же! Жена предупредила, что идут!"

Достал гранату, положил рядом с собой. И даже испытал облегчение: я настолько был истощён и измучен, настолько устал там лежать, что все это уже пора было заканчивать.

Когда силуэты приблизились, "Ветер" выдернул чеку, зажал гранату в кулаке, ждал. Но это была своя эвакуационная группа.

Обычно "трёхсотых" старались эвакуировать сразу, а "двухсотых" выносили потом. "Ветра" не вытащили, потому что приняли за убитого когда над ними завис наблюдательный дрон, никто из их группы не подавал признаков жизни. И эвакуацию отложили на вечер.

"Ветра" и эвакуационную группу спасло то, что её боец с позывным "Аксазол" увидел, как блеснула граната. И прыгнул на него с криком: "Братуха, не надо!"

Потом уже на гражданке он не один раз позвонит "Ветру" среди ночи и скажет: "Ты опять мне приснился. Я твои глаза забыть не могу. Глаза человека, который хотел нас убить".

Главное при встрече не ужаснуться

Когда утром Эля шла на остановку, чтобы ехать на работу, зазвонил телефон. Незнакомый номер. Сердце оборвалось. Но в трубке был голос мужа. Он сказал, что находится в госпитале Бурденко, что у него нет руки. Эля вспоминает:

В первую секунду расстроилась. Но следом пришло огромное облегчение от того, что живой. Ну нет и нет руки. Не трагедия. Переживём. А потом приехала к нему в госпиталь. Перед входом собиралась с духом, чтобы не разреветься, не испугаться. Боялась, что ужаснусь. Что у него будет негативная реакция на мою реакцию.

Она шла по коридору госпиталя, видела других раненых ей становилось всё хуже. Вошла в палату. И все-таки ужаснулась.

Он был весь в зелёнке, глаз перебинтован. Мне сначала показалось, что у него и ног-то нет. Он сильно истощал. Это был кошмар, я держалась изо всех сил, чтобы не разрыдаться. Понимала, если сейчас себя распущу, долго не смогу собраться.

Элю больше беспокоило моральное состояние мужа, а не физическое. Она боялась, что война оставила в его душе болезненный отпечаток. Что он впадет в депрессию. Этого не произошло.

Он очень благодарен жене. За терпение, за то, как бережно она отнеслась к его "нарушенной психике". Хотя Эля никаких таких нарушений у мужа и не заметила.

Наверное, это потому, что у членов его семьи военное дело в крови. Не каждый ветеран может таким вернуться с войны. Я видела людей физически целых, но морально сломленных. И ещё после возвращения с СВО он стал на удивление гораздо спокойнее. А он вообще человек эмоциональный, взрывной. Но восприятие его изменилось, и теперь на многое, что раньше вывело бы его из себя, смотрит сквозь пальцы.

Сегодня "Ветер" работает в компании, руководители которой тоже ветераны войн. Рядом с ним трудятся 50 других участников СВО, в основном "вагнеров".