О наших "Звездных войнах" и фантастике в целом, планах по созданию в ДНР студии анимации, а также о хороших и плохих проектах, искусственном интеллекте и борьбе за качество журналисту издания Украина.ру рассказала генеральный директор компании "ЧЕРНОВиК" и производственной компании "Динго", сценарист, продюсер, оператор Татьяна Белова
- Татьяна, что привело вас в Донецк?
- Здесь я разведываю обстановку, чтобы в другой раз привезти больше членов своей команды. Ну, потому что меня не жалко (смеется), а остальных я пока решила поберечь. Думаю, что в следующем году мы уже приедем расширенным составом. Хотим создать здесь студию, чтобы провести обучение и попробовать выцепить талантливых людей. И творческих, и, быть может, не очень творческих, но технически подкованных. Тех, кто смог бы сотрудничать с нами прямо здесь или уже с нашими "материковыми" компаниями.
Посмотрим, как дело пойдет, но хотелось бы спасти таланты, которые сейчас не знают, куда пристроиться. Мы таким образом отыскали троих людей в Норильске. Там были свои трудности. Вечная мерзлота. То полярный день, то полярная ночь. А здесь ситуация хуже, но интернет позволяет работать удаленно. Потому намерены принести московские зарплаты тем, кто имеет талант (вариантов его может быть много) и желание пахать.
У нас нет нормированного рабочего дня. И это удобно: сколько ты захотел сделать по сделке – столько и сделал.
В идеале сначала мы проведем обучение и найдем людей, способных производить какой-то контент, а после этого можно подумать о том, куда двигаться. Там уже можно будет подаваться на полный метр в Фонд кино, что для региона станет большим плюсом. Попытаемся. А может, пойдем в какую-нибудь авторскую сторону. Посмотрим, каких людей тут найдем и что будет постижимо.
Мы этим занимаемся уже давно. Мой стаж в анимации – это 24 года в следующем году. У нашего режиссера – 35 лет. То есть мы на этом "съели" много собак и кошек. Хорошо понимаем, с чем можно работать и какие варианты у нас есть.
Программа минимум – дать детям представление о том, каким бывает анимационное производство, какие бывают варианты, какие профессии, как на этом зарабатывать. И какие-то новые когнитивные связи у них выстроим. Но в идеале хотелось бы организовать здесь производство.
- О детях какого возраста идет речь?
- Скорее об уже достаточно взросленьких. Ближе к восемнадцати годам, которым где-то через годик уже можно будет платить за работу. Через родителей платить сложно. Это мы уже проходили в свое время. Поэтому ориентироваться будем на ребят постарше.
- Россия большая, талантами не обделена. Почему Донбасс?
- Это не первый регион, с которым мы сотрудничаем. У нас есть студии в Москве и Питере, а не так давно создали студию еще и в Красноярске, поскольку делали полный метр про Красноярск. У нас вроде были налажены связи с администрацией. Там, правда, все менялось, возникали какие-то непонятности. Мы уже закрыли эту студию, но тут к нам обратился Сибирский институт развития креативных индустрий. Мы начали совместную работу и, наверное, все же вновь создадим в Красноярске студию. У нас наконец-то пойдет обучение. Мы ведь не можем выйти на площадь и зазывать детей на обучение. Все же кто-то должен собрать ребят в каком-то помещении, следить, оповещать, чтобы это работало.
Мы активно сотрудничаем с Норильском. Есть такая компания "Агентство развития Норильска", которая заморочилась с обучением. Привезли наши уроки и сделали три коротких метра с этими ребятами.
Если же говорить о Донбассе, то нас, в принципе, всюду зовут. Но для нас это все-таки в большей степени благотворительность, а не способ заработать денег. Кому хочется помогать – к тем мы идем.
- Вы участница фестиваля фантастики "Звезды над Донбассом". Расскажете, с чем приехали?
- Да, мы уже несколько раз показали мультфильм "Край чудес", который мы сделали при поддержке Фонда кино. Это не совсем фантастика. Это скорее история сказочно-фантастическая. История о том, что в реальной жизни рядом с нами живут сказки. Мы практически один в один воссоздали локации Красноярска. Это набережная, заповедник "Красноярские Столбы". Прямо узнаваемыми сделали, но с легкой стилизацией, чтобы это компоновалось с фантастическими существами, которыми мы эти локации заселили. Этот мультфильм прошел в прокате в этом году и сейчас лежит на отечественных стриминговых платформах. Плюс – привезла три коротких метра, которые мы сделали вместе с Норильском.
- Я так понимаю, в планах у вас большой проект. О чем идет речь?
- В следующем году будем подавать свой проект в Фонд кино. И вот это уже будет настоящая фантастика. Для себя позиционируем этот проект как наши российские "Звездные войны". Рабочее название "Капитан "Немо", но "Немо" — это название корабля. То есть наш герой – это поклонник Жюля Верна из далекого будущего. На этом корабле он вступает в войну, которая там происходит. Первая часть – это только экспозиция, начало огромной франшизы, которую мы хотим запустить.
- Прямо война? Мне, как человеку, который вырос в 1990-е, трудно не заметить, что мультфильмы и в России, и в мире стали откровенно "беззубыми". Будто подростков, которым нужно что-то посерьезнее, больше не существует.
- Так и есть. У нас есть возрастные ограничения. Если рейтинг проекта 6+, то есть возможность податься на Пушкинскую карту, по которой государство будет компенсировать тебе какие-то затраты. Это очень интересно студиям-производственникам. А для подростков у нас нет никаких, так сказать, ништяков. Подростковое кино ты делаешь немножко в убыток, а на убытки крупные студии идти не хотят. В итоге получается немножко "беззубо", как-то "и нашим, и вашим", как-то размыто. Это экономически обусловлено.
- Можно ли сказать, что анимация в России снова популярна? Ведь еще относительно недавно мультфильмов практически не было, а теперь их все больше.
- Их стало много. Фонд кино их поддерживает. Но, к сожалению, в последние лет десять заметно просело качество. И настолько уже зритель не надеется получить хорошее кино, что не очень-то рвется в кинотеатры.
- На фоне СВО мы как-то "внезапно" обнаружили, что стране нужны люди, способные проектировать дроны, спутники и другие полезные штуки. К тому же нам нужен какой-то свежий образ будущего. А в основе всего этого, как правило, лежит детская любовь к фантастике. И тут наши "Звездные войны". Это все как-то связано?
- Это, конечно, должно быть сделано под наши интересы и о том, от чего у нас душа горит. Это не должно стать чем-то формальным. Конечно, мы продумываем какие-то такие штуки. Раньше вот модно было рассказывать о том, как здорово быть бандитом или фривольной барышней. Это вроде как решало все твои проблемы. Но, к счастью, сегодня подобные мотивы уже не актуальны. Наконец-то можно рассказать ребенку о том, что все в его руках, что за мечту нужно бороться.
Мы вот несколько лет подряд работали в "Артеке", детишкам показывали мультфильмы, разговаривали с ними, отвечали на вопросы. А к нам там подходили усатые дяди и говорили, что выросли на наших мультиках, обнимали, фотографировались с нами. Это было очень мило.
Поскольку мы работаем за компьютерами и постоянно находимся где-то в другой реальности, как в "Аватаре", долгое время понятия не имели, насколько популярны наши "Смешарики".
- Что думаете насчет эры искусственного интеллекта, в которую мы как-то неожиданно угодили? Дешевой анимацией, изготовленной нейронками, уже все соцсети завалены. Половина анимированной рекламы тоже делается с помощью ИИ.
- Это новая беда. Сейчас большим производственным студиям очень даже заманчиво не тратить деньги на все этапы, но сделать все нейронкой, закачав в нее какой-то сценарий. Вот такое кино.
- Разве кому-то будет интересно кино, представляющее собой компиляцию чьих-то идей? В нем же не будет ничего оригинального.
- Я вас удивлю. Можете в "Кинопоиске" посмотреть "Приключения мамонтенка". Мультфильм очень хорошо прошел в прокате, висит на "Кинопоиске" со смешным рейтингом 3,5. Ну, то есть прямо плохо. Тем не менее авторы сорвали банк.
- Эдак мы далеко зайдем. Притом явно куда-то не туда.
- Дело всегда в деньгах. Или не было денег, или решили сэкономить. Анимация стоит очень дорого. Нормальный анимационный фильм – это примерно 300 млн рублей. И это три года работы трех-четырех сотен человек. А нейронкой можно сделать за полгода и миллионов за 10-20. Разница есть, правда?
- Ощутимая. Особенно если получил на проект те самые триста миллионов.
- Ну нет. Столько, думаю, точно не дадут, но миллионов 150 государство может выделить. Особенно если ты мэйджор и уже несколько раз выходил в прокат.
Но тут нужно уточнить. Это не значит, что наше государство обманывают. Фонд кино – это серьезный орган, который внимательно следит за творцами. А за ними нужно следить.
Наша команда, когда получила деньги, столкнулась с отчетностью. Отчетностью прямо очень-очень серьезной. То есть мы отчитывались ежемесячно по всем платежам, которые провели, по всем договорам, которые заключили. Ты не можешь чего-то не показать. Если где-то обманешь, то наверняка плохо будет. Мы, конечно, не пытались, это сразу понятно, что ой-ой-ой. Плюс – раз в три месяца тоже отчет. А когда сдаешь фильм, ты абсолютно все документы сдаешь еще раз в несколько организаций. Если ты брался сделать нормально, а сделал нейронкой, то у тебя ведь не будет платежей. У тебя будет работа с куратором сети и оплата работы ИИ, подписку на который, наверное, еще и не в России нужно оплачивать. То есть обмануть государство точно не получится.
- В патриотических кругах постоянно кипит дискуссия о том, какие проекты сегодня нужны России. Что вы об этом думаете?
- Я ведь не только сценарист, но и продюсер. Так вот, как сценарист и продюсер, я могу с уверенностью заявить, что России сегодня нужно хорошее кино. Пусть это будет сказка или фантастика. Но нам не хватает именно качества. Если начнем бороться за качество, то наше кино станет не хуже, чем в советский период.