Донецк, 30 апр — ДАН. Накануне Дня весны и труда, согласно современной поп-культуре, наступает праздник ведьм. В ночь на 1 мая они собираются на шабаш, чтобы отпраздновать приход весны. Каковы исторические корни Вальпургиевой ночи и праздновали ли ее наши предки?
**
1 мая — одна из популярных дат встречи весны, к которой приурочивались соответствующие празднества у многих народов. Христианство осуждало языческие календарные праздники, поэтому логично было предположить, что с особенным неистовством весне радуются ведьмы.
В народных традициях европейских стран были отражены не столько попытки устроить шабаш, сколько меры защиты от предполагаемых ведьминских козней. Где-то всю ночь звонили в колокола, где-то сжигали чучела ведьм, рисовали на дверях кресты, окуривали дома благовониями. Впрочем, имелись и смельчаки, решавшиеся действительно «выступить на темной стороне». Например, они старались собрать лекарственные травы, которые в эту ночь якобы обретали особую силу.
Захватывающие легенды о ведьминых проделках были для средневековых европейцев и западных славян были чем-то запретным и притягательным одновременно. Лысая гора, черные козлы, доклады дьяволу о колдовских достижениях, самые разгульные ритуалы — все эти штампы зародились именно тогда. Много таких легенд (немецких, сербских, шведских и других) приводит в своих записях русский исследователь XIX века Александр Афанасьев.
Он же отмечает, что в русских деревнях апрельские полеты ведьм на шабаш тоже упоминались, но приурочивали их, как правило, не к Первомаю, а к «весеннему Юрьеву дню» или «Егорию вешнему». День памяти этого святого приходится на 6 мая по новому стилю и 23 апреля по старому.
Кстати, западные двоеверцы тоже не избежали привязки языческих праздников к христианскому календарю. Именно так колдовская ночь стала Вальпургиевой: 1 мая католики отмечают день канонизации святой Вальбурги Хайденхаймской. Стоит ли говорить, что Вальбурга имела такое же отношение к ведьмам, как и святой Егорий? Она родилась в 710 году в Англии, воспитывалась в монастыре, стала миссионеркой в языческой Германии. Поводом для канонизации стали не какие-то драматические события, а исключительно авторитет, заработанный за долгую праведную жизнь.
Разрозненные верования были собраны в единую картину, романтизированы и философски осмыслены целой плеядой писателей в XIX–XX веках, начиная с «Фауста» Гёте и кончая «Матером и Маргаритой» Михаила Булгакова. Именно эти культурные и образованные люди, а не древние язычники, стали творцами Вальпургиевой ночи в привычном нам виде.
**
После писателей за дело взялись коммерсанты. Вальпургиева ночь не стала столь популярной статьей сувенирной торговли, как Хэллоуин, однако «ведьминские» колпаки и стилизованные «мерзкие» угощения все же стабильно раскупаются.
В Россию все это пришло с небольшим запозданием, ближе к 1990-м годам. Даже роман «Мастер и Маргарита» был впервые напечатан на русском языке лишь в 1970-х, и то ограниченным тиражом. Но к моменту крушения СССР образ аристократичной ведьмы, подставляющей колено под поцелуи грешников, уже завладел умами многих наших сограждан. Среди них были и неоязычники — те, кто не удовлетворялся эстетическим удовольствием, а пытался всерьез выстроить собственное мировоззрение на дохристианских истоках.
Кто-то из российских неоязычников просто радостно влился в весенние шабаши западных «коллег». А кто-то попытался придать празднику национальный колорит, придумав «исконно русский аналог западной бездуховной Вальпургиевой ночи». Так появился «Живин день».
Богиня Жива в древнем пантеоне действительно существовала, но лишь у западных славян. Сохранились ее упоминания в польских, сербских, белорусских источниках с XV века. Но известно о ней немногое. Ясно лишь, что она символизировала, собственно, жизнь и была у некоторых племен высшим женским божеством. В восточнославянской мифологии Живе соответствует Мокошь. Это действительно исторически подтвержденная фигура, которая была в числе пяти идолов установлена Владимиром Святославичем в 980 году на холме в Киеве.
Так или иначе, если в популярном онлайн-календаре встречаются упоминания «древнеславянского Живиного дня» — нужно учитывать, что речь идет лишь об удачной мистификации.
Что же касается действительно исконных славянских праздников прихода весны, то их при желании можно найти немало. Это и пресловутая Масленица, и поочередные чествования проснувшихся русалок, домовых и водяных. Даже Пасха впитала в себя немало символики весны и плодородия. Но все эти традиции являются плодом не язычества, а двоеверия.
Подпишитесь на Донецкое агентство новостей в MAX
Наши предки, устраивая веселые мартовские, апрельские, майские гуляния, ни в коем случае сознательно не противопоставляли себя христианству. Напротив, они считали многие языческие по духу обычаи непременным атрибутом православия, а христианских святых наделяли чертами сезонных и бытовых божеств, повергая в отчаяние образованных клириков.
Так что в ночь на 1 мая можно хоть устроить детский карнавал с котлом и остроконечными шляпами, хоть перечитать «Фауста», хоть собрать запас крапивы и одуванчика для домашней аптечки… Развлечениям ничто не помешает: ведь в четверг, 30 мая, производственный календарь предусматривает короткий день перед длинными трехдневными выходными. Правда, не в честь Вальпургиевой ночи… Но это уже детали.
