Как иногда быстро меняется жизнь. Стремительно, в одночасье.
У 41-летнего жителя Подмосковья Романа Гомыляева, как и у многих других бойцов, вернувшихся с фронта, она разделилась на «до» и «после». Причём в понимании гражданского человека временные отрезки были очень короткими.
В октябре 2022 года он пришёл добровольцем в военкомат, уже на следующий день оказался в учебке, спустя три месяца в инженерно-сапёрном полку (Артёмовское направление), а ещё через полгода в госпитале с оторванной стопой (во время боевого задания подорвался на противопехотной мине, получил впоследствии Медаль Суворова «за личное мужество и отвагу, проявленные при защите Отечества»).
Казалось бы, дальше каких-то резких скачков в биографии уже не должно быть. По крайней мере, в ближайшем будущем. Возвращение домой к любимой жене Вере. Реабилитация. Или, как говорят сами ветераны, перезагрузка. Тихая размеренная жизнь в ивантеевской однушке. Ипотека. Однако Романа такой сценарий не устроил. Он решил отказаться от городской жизни, продать квартиру и, переехав в какое-нибудь село, стать фермером, точнее, крестьянином (о фермерстве речи ещё не шло). Не один, конечно, решил. Вместе с женой. Та, как декабристка, не то что не испугалась переезда, а даже согласилась жить первое время в бытовке, потому как на купленном участке ничего ещё не было. Только поле, пустырь, сорняки и бурьян.
Сейчас у Романа и Веры Гомыляевых, живущих в селе Бараново Можайского района на правом берегу реки Протва, свой дом, 6 га земли, огородик с картошкой и малиной, небольшой искусственный пруд, 14 баранов, 6 коз, 3 свиньи, а также утки, гуси и куры (последних около 300 – было бы больше, если бы не лисы, которые повадились таскать птиц, сигая через забор).
Ещё одна жительница села Бараново Можайского района – белка Гаечка.
Михаил ФРОЛОВ
– Впору, – говорю, – завести свой деревенский блог (сейчас это модно) и снимать на смартфон фермерские будни.
– Некогда! – улыбается хозяин. – Я с трудом нахожу время, чтобы съездить в спортзал.
До того, как уйти на СВО, Роман более десяти лет занимался пауэрлифтингом (приседания со штангой, жим лёжа, становая тяга), выполнял нормативы мастера спорта и, приехав домой из госпиталя с протезом вместо ноги, вернулся к тренировкам. Но одном из последних соревнований он в своей возрастной категории занял 1 место (норматив – «классический жим лёжа без экипировки», результат – 165 кг).
* * *
Есть такой журналистский штамп, устоявшийся ещё с советских времён, когда о действиях человека говорят – «сделал это по зову сердца». В случае Романа Гомыляева, явившегося добровольно в военкомат, чтобы отправиться на СВО, по-другому не скажешь. Срочку он не служил (по образованию юрист, окончил рязанскую Академию права и управления Министерства юстиции РФ), повестки не получал и при этом хорошо зарабатывал в сфере торговли (скажем, зарплата на СВО была почти в два раза меньше, чем на гражданке). А потом как-то навестил в госпитале своего друга, получившего ранение на фронте. Поговорил с ним по душам. Послушал. Посмотрел в глаза. И вдруг понял, что ему тоже нужно сделать свой выбор. Чёткий, однозначный и честный.
– В этом нет никакого подвига, – настаивает Роман. – Вставать на защиту Родины – это нормально. Помогать своим тоже. Как и оберегать близких, думать о светлом будущем, просто быть патриотом. Я такого братства, такого духа единения, как на передовой, нигде и никогда не видел. Это чувство невозможно передать.
В общем выбор был сделан – и довольно быстро. Жена Вера поплакала, сходила в церковь и проводила Романа на фронт. Тот сначала попал в пехотный полк и был почти сразу назначен заместителем командира взвода. После этого часть ребят, в том числе и рядового Гомыляева, перевели в Волгоград – в инженерную учебку. В ней готовили сапёров. А ещё через месяц, изучив основы минирования, Роман вместе с сослуживцами был уже в Лисичанске.
Роман Гомыляев с любимыми стаффордширскими терьерами Фаером и Радой (слева).
Михаил ФРОЛОВ
И дальше началась работа. Тяжёлая. Ежедневная. И опасная. Выстраивали линии обороны, рыли траншеи, блиндажи, закладывали мины. После разведки вражеских дронов начинались прилёты, командира взвода через две недели контузило. И на его должность назначили Романа.
В конце июня 2023 года был ночной выход. И уже после выполнения задачи – на обратном пути в районе Андреевки – две инженерные группы оказались под градом снарядов ВСУ. Ринулись в близлежащий лес, где Роман Гомыляев, наступив на мину, и подорвался. Довольно долго, несмотря на адскую боль, он находился в сознании. Потерял много крови. Пробовал ползти и даже прыгать на уцелевшей ноге – не получилось. Был риск подорваться снова, потому что рядом с одной противопехотной миной должны быть и другие. Подоспевшие сослуживцы укололи промедол (анальгетик для обезболивания) – и стало немного легче. Во время эвакуации, чтобы не потерять полностью ногу, Роман каждый час ослаблял жгут-турникет. Всё как учили.
Ну а потом отключился.
Глаза он открыл уже в госпитале – в Светлодаре. Там ему сделали первую частичную ампутацию. Оттуда на вертолёте доставили в Ростов – и сделали вторую. А ещё через день отправили в центр нейрохирургии имени Николая Бурденко в Москве, где после появления гангрены ампутировали ногу ниже колена.
Роман до последнего был уверен, что после того, как подлечится и получит протез, он, несмотря на 2-ю группу инвалидности, вновь вернётся на передовую. И не куда бы то ни было, а именно в свой взвод – к братьям.
Не разрешили.
Из военкомата пришла бумага об увольнении с военной службы.
После ранения на фронте Роману Гомыляеву приходилось заново учиться ходить.
Михаил ФРОЛОВ
* * *
После возвращения домой самым сложным было хотя бы немного привыкнуть к тому, что видишь. А это – какая-то странная беспечность на лицах случайных прохожих, которые и сами не подозревают, что выглядят как-то не так, пустые и неуместные разговоры на лавке у подъезда или в маршрутке, бесконечные юмористические передачи по телевизору и сериальчики с закадровым смехом. Слух резало абсолютно всё. Роман созванивался с сослуживцами, его тянуло обратно.
Первые шаги на протезе отдавались сильной болью. Некоторые в такой ситуации начинают жалеть себя, пересаживаются в коляску и быстро привыкают к ней. Но не Роман. Сейчас у него четыре протеза (все получены от государства бесплатно). На одном из них можно даже бегать. В то время, пока мы беседовали, створка ворот на хоздворе приоткрылась, куры устроили массовый побег и мы сообща пошли их ловить. Пока я настигал одну птицу или две, хозяин хватал в охапку четырёх. Догадаться или просто предположить, что у него нет ноги, невозможно. Изо дня в день он, как лётчик Маресьев, танцевавший на деревянных протезах, выполнял упражнения, осваивал технику ходьбы, переносил вес с одной ноги на другую. И сейчас не только свободно ходит, но и работает на огороде, водит машину, поднимается по лестнице. Курс реабилитации он прошёл (и до сих пор проходит) не где-нибудь в клинике, а в деревне, точнее, в селе под Можайском, куда они с женой переехали из Ивантеевки.
Перебравшись в село Бараново, Роман Гомыляев решил разводить баранов (топоним обязывает).
Михаил ФРОЛОВ
– Захотелось как-то резко всё поменять, уединиться и при этом заниматься делом, – рассказывает Роман Гомыляев. – Мы продали квартиру, купили два участка по 25 соток и начали потихоньку строиться. Все выплаты от государства, которые я получил после ранения, мы вложили сюда (около 10 млн руб). Месяца через три после переезда мне предложили отучиться в школе фермеров. Я согласился и начал изучать литературу о животноводстве. Узнал, что у нас в регионе разводят дорперов (порода овец, один баран стоит от 80 до 120 тыс руб). Задумался. У меня же арендованной земли не так много (сейчас 6 га) и большое стадо на таком участке не прокормится. Решил завезти из Европы породистых баранов (например, «шароле», «суффолк» и «мериноландшаф» – они очень крупные и жутко дорогие). Наши фермеры их покупают не для мяса, а для улучшения стада. Не сложилось. Потому что у нас ввели запрет на ввоз европейского мяса. Мы купили утят, гусей, коз. Все они пока живут в одном загоне. Нужно ангар строить хотя бы на 1 тыс кв м. А это около 20 млн руб. Ангар нужен не только для животных, но и для хранения продукции, отдельные секции для аптечного оборудования, для забоя, ну и так далее. На нашем этапе могу сказать, что ни о какой прибыли речи пока не идёт. Всё, до копейки, идёт в дело, в строительство.
Кошка Дашка (село Бараново, Можайский район, Московская область)
Михаил ФРОЛОВ
После школы фермеров банк, при котором она работает, дал Роману Гомыляеву грант 300 тыс руб. Сумма небольшая, но приятно. Начинающий фермер купил на эти деньги два инкубатора и яйца. В ближайшее время должны дать ещё один грант из федерального бюджета (как участнику СВО). Это уже 7 млн руб. Их Роман, скорее всего, потратит на новый трактор, а заодно купит к нему плуг, сеялку, косилку и специальный ковш для сена.
Обед!
Михаил ФРОЛОВ
Также в планах построить на берегу Протвы четыре туристических домика, обустроить небольшой пляж, сделать волейбольную площадку, поставить баню, беседки для мангальной зоны, прикупить детям для живого уголка страусов, павлина, кроликов – и организовать семейный отдых (фонд «Защитники Отечества» помогает сейчас Роману Гомыляеву подготовить бизнес-план этого проекта). Если всё получится, фермерская история будет дополнять туристическую. И ту продукцию, которая сейчас есть (яйца, мясо) и которой не так много, можно будет продавать гостям на месте.
Роман Гомыляев никогда не думал, что станет фермером.
Михаил ФРОЛОВ
– Да, конечно, начинающим фермерам приходится тяжело, – говорит Роман, – особенно если нет начального капитала и полностью отсутствует опыт. Мне повезло в том плане, что я от всего этого получаю большое удовольствие. Мне нравится кормить животных, выпускать их на прогулку, видеть, как они растут. Здесь в принципе другие ценности. Меня как-то спросили: что бы ты выбрал, «БМВ» или «Мерседес»? А я говорю: трактор! Зачем мне в деревне «БМВ»? Баранов катать вдоль речки? В город мы уже точно не вернёмся, как бы там ни сложилось дальше.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Бывший учитель отправился на СВО вслед за братом — теперь они служат вместе
