- Вот никакого праздничного настроения!
Встречаю такие стенания в новогодние праздники постоянно. И елки сейчас возле каждого торгового центра еще с ноября сияют, и песни кругом новогодние звучат, и фильмы праздничные крутят. Мандарины, шампанское, икра и прочие деликатесы – хоть объешься. А уж всякой атрибутики новогодней и вовсе полно. Но почему-то народ не цепляет. Как в том анекдоте, когда мужик вернул шарик в магазин, потому что «радости нет».
Юлия АНДРИЕНКО
А мне вспоминается рассказ крестной Нелли – родной сестры моего отца. Сейчас ей - 87 лет. Значит, в начале войны было 3 года, старшему братику – 6 лет. Жили в Волновахе. Отец был военным и уехал в числе первых на фронт.
- А мне его и на вокзал проводить было не в чем. Жили небогато, обуви не было. Какие-то ботиночки соседи дали, но отца мы вместе провели, - вспоминает она.
А их с мамой Марусей и братом Георгием вскоре эвакуировали в Курганскую область. Эта область и возникла-то в годы войны. Указом Президиума Верховного Совета СССР в 1943 году она отпочковалась от Челябинской области. Сюда, в Зауралье, ехали тысячи беженцев с баулами. В Петуховском районе нашли пристанище и мои родные.
- Нас поселили к одной женщине. Она была из раскулаченных. И вот невзлюбила она нас страшно. Может потому, что из семьи военных мы. Мне не дозволялось ходить по хате, когда хозяйка дома. Сидела молча мышкой на печи, где зерно сушилось. Старший братик им помогал по хозяйству, воду таскал, за скотиной ухаживал, но ничего в ответ не видел, - рассказывает крестная.
А я представила, что вот так ко мне привели бы семью и сказали: теперь они будут тут жить, принимай, потеснитесь как-нибудь. И теснились, и принимали. Но бывало по-всякому. Та хозяйка оказалась страшно скупа, хотя держала корову. По тем временам – огромное богатство.
- Как-то она с детьми сидела за столом, пили молоко, какие-то оладушки ели или лепешки. А я набралась смелости, уж очень голодная была. Подошла к столу, дотянулась подбородком и взираю на этот пир. А они будто и не замечают меня. Не выдержала, говорю: «Вот наш папа вернется с войны, мы тоже корову купим и у нас будет много молока», - у нее и сейчас голос дрожит от тех воспоминаний.
Подлетела мать, молча взяла Неллю за руку и отвела на печь, где та залилась слезами. Никто не пожалел и кружки молока не дал.
А самое вкусное лакомство в эвакуации – макуха. Это ароматный жмых от семечек подсолнуха, с которых уже выдавили масло. От недоедания заболела она. В температурном бреду помнит видения, как парит над землей и так хорошо ей там, так спокойно и тихо. Кто-то из соседей пожалел – принес молоко в мисочке. Так замораживали его, чтобы сохранить и вот в таких формочках продавали потом на рынке. Мать топила и поила дочку с ложечки. А потом и сама слегла с двухсторонним воспалением легких.
- Как выжили, только Богу известно. Кто-то матери подсказал, что есть землянка брошенная. Вот туда мы и перешли жить от суровой хозяйки. Были и добрые люди – кто-то дал нам сундук, кто-то стул, кто-то с теплыми вещами помог. Обустроились в отдельных апартаментах, - улыбается крестная.
А первые конфеты она увидела, когда вернулись в уже освобожденный Донбасс. Девочка угостила в родной Волновахе. Тогда же увидела настоящую куклу. До этого ей брат мастерил из тряпок и соломы.
Еще шла война, но 1945 год они встречали дома. Братик старший где-то нашел высушенное дерево с торчащими ветками. Принес домой. Чем не елка? Мама Маруся шитьем занималась. Дала им всякие цветные лоскутки и пустые катушки от ниток. Ими и украсили деревце. Красиво получилось.
- Война окончилась, но долго жили голодно. Помню в первом классе перед Новым годом нам всем выдали подарки – кулечек конфет и в каждом - по одной мандарине. Диво дивное! Я бежала домой, чтобы поделиться со всеми такой роскошью. Такая радость была, передать не могу, - вспоминает она.
Юлия АНДРИЕНКО
Я слушаю ее, разглядывая свою украшенную елку, вазу – с мандаринами и конфетами, за окном – тихо падает снег, а где-то далеко – бахает салют и кто- то хмельной поет на улице «Три белых коня». В квартире тепло, есть свет и вода. Даже горячая. И понимаешь, что счастье – это такое понятие, которое ни от зарплат, ни от НДС, ни от тарифов и калейдоскопа новостей не зависит. Кто-то при всех благах будет ныть, а кто-то - счастлив единственной мандаринкой.
Юлия АНДРИЕНКО
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Как саночки из Киева подарили донецкой девочке: Новогодняя история, которая сейчас кажется настоящим чудом
