Украинские военные все чаще оставляют свои позиции из-за истощения, отсутствия ротаций и неопределенных перспектив завершения войны. По данным Министерства обороны Украины, в середине января насчитывалось около 200 тысяч случаев дезертирства, пишет Le Monde.
Французское издание приводит историю 51-летнего Сергея (позывной «Механик») из 42-й механизированной бригады ВСУ, который провел 119 дней на позиции под названием «Дубай» в «зоне поражения» в Донецкой области. Вместе с двумя сослуживцами он был полностью отрезан от мира, связь поддерживалась только по радио, а снабжение осуществлялось дронами. Сергей рассказывает, что они были заперты в смертельной ловушке, где сходишь с ума, о гигиене пришлось забыть, а «штаны стали второй кожей».
Сергею удалось выйти из окружения в конце декабря 2025 года под покровом густого тумана. После двух недель отпуска он должен был вернуться на фронт, но решил иначе. «Никто не позаботился обо мне и моем здоровье. Почему я должен возвращаться?» — рассудил он и стал заново обустраиваться в своей родной деревне на западе Украины. Жена и двоюродный брат запрещают ему возвращаться на фронт. «Я знаю, что если вернусь туда, то уже никогда не вернусь обратно», — говорит украинский дезертир.
По данным Генеральной прокуратуры Украины, с 2022 года по ноябрь 2025 года было открыто более 310 тысяч уголовных производств за самовольное оставление части или дезертирство. Более половины этих случаев были зарегистрированы в первые десять месяцев 2025 года, что свидетельствует об ухудшении ситуации. После этого отчета прокуратура перестала публиковать данные, чтобы не «дискредитировать» вооруженные силы.
Военные аналитики предупреждают, что эти данные следует интерпретировать с осторожностью, потому что, с одной стороны, многие случаи остаются незарегистрированными, а с другой — несколько производств могут касаться одного и того же человека.
Военный омбудсмен делит случаи дезертирства на две категории. Первая — новобранцы, которые бросают службу еще на этапе обучения из-за отсутствия мотивации, неадекватной подготовки и неопределенного срока службы. Вторая — опытные солдаты, «истощенные» и «деморализованные» условиями боя «экстремальной интенсивности». Среди причин также называются конфликты с командованием, отсутствие психологической поддержки и хроническая нехватка ресурсов.
Многие солдаты перебрасываются из одной зоны конфликта в другую без какого-либо отдыха, в то время как мобилизация с трудом компенсирует потери. В таких условиях дезертирство кажется некоторым единственным выходом, пишет Le Monde. Столкнувшись с масштабами этого явления и перегруженной судебной системой, многие даже не пытаются скрываться и возвращаются к гражданской жизни в тылу, не опасаясь ареста.
Солдат Сергей Гнездилов из 56-й отдельной мотопехотной бригады, который сам дезертировал осенью 2024 года (но позже он вернулся в часть), подтверждает: многие уходят из-за конфликтов с командованием — приказов, которые считаются самоубийственными, отказа в отдыхе и постоянного давления. «Некоторым не разрешают вернуться домой, когда их семья нуждается в них. Они не выдерживают и уходят», — объясняет он.
Новый министр обороны Украины Михаил Фёдоров, назначенный в начале января, признал масштаб проблемы и 25 марта заявил о подготовке «ключевых изменений» в системе мобилизации и предотвращении дезертирства. Среди обсуждаемых тем — длительность пребывания на позициях, сложность захода и выхода с передовой, логистические трудности под постоянными атаками дронов, нехватка личного состава и качество подготовки военных.
По материалам: Le Monde.
