"Другие молчат, потому что скелеты в шкафу": Добровольцы ищут мирных ради одного вопроса, на который не все могут ответить

Константиновка – враг бросил резервы, там рубка. Однако он психологически сломлен, наши уже в городе. Работа групп эвакуации практически встала и там, в Дзержинске: результативность поиска упала в разы. Каждый день люди пишут: "Узнали что-нибудь про моего?" А ответить нечего. Почему, рассказывают сами добровольцы.

Когда нечего ответить родным бойца, которые каждый день пытаются узнать о судьбе своего героя, – это больно, признаётся старший группы эвакуации с позывным "Ремарк". Но такова сейчас ситуация на фронте – вести поиски крайне сложно.

Есть объективные причины. Те мирные, которые хотели что-то рассказать, уже всё рассказали. Другие молчат, потому что скелеты в шкафу. Не все, кто вышел, остались в Горловке или в Донбассе, тысячи людей разъехались по всей стране. Сейчас мы их ищем ради одного вопроса: "Кого из бойцов встречали?" Ну и главное – обстановка. Дроны, дроны, дроны – даже многие тыловые дороги перекрыты, что там говорить про фронт. Люди воюют, делают свою работу, но – тяжело,

– делится "Ремарк".

"Лето будет сложным, возможно, переломным"

По его словам, с Щербиновкой связи давно нет, с эвакуационными группами в Дзержинске на данный момент тоже.

Пока не решится вопрос с Константиновкой – а это огромный кусок, включая Часов Яр и Клебан-Бык, – нормально заниматься поиском очень сложно. Собираем по крупицам. Противник бросил туда резервы, там рубка. Как и на других направлениях. Но работаем. Как сказал президент в ответ на речь Зеленского: "Работайте, братья!" Все работают. Лето будет сложным, возможно, переломным,

– отметил доброволец.

Эвакуационные группы вывозят с позиций раненых и выносят с полей битв павших. И часто это отражается в объективах вражеских дронов. Скриншот: ТГ-канал Kotsnews

Ремарк говорит, что на Покровском направлении просто огромный плацдарм для поиска – более 50 населённых пунктов. Очень много заявок по Софиевке и Полтавке по пропавшим без вести осенью 2025 года. Как говорит Ремарк, в извещениях о присвоении статуса БП стоит Покровское направление, сейчас некоторые части относят их к Константиновскому. Аналогичная ситуация на Добровольском выступе и Доброполье.

Покровск, Мирноград, Новоэкономическое – там, возможно, кто-то остался в завалах или труднодоступных местах, но немного. Эвакуация идёт в зависимости от обстановки. Как и везде, много крови пьют дроны, но люди работают. От Воздвиженки до Малиновки обстановка прежняя: много контроля с неба. Логистики "утренних окон" уже нет. Расставляют очень много "ждунов". Квадрики, мотоциклы проезжают через раз и только по погоде! Добропольский выступ – уже давно не выступ… Эвакуация есть от Коптево. Уже по погоде могут вытащить на мотике, но до Коптево нужно добираться самому,

– продолжает Ремарк описывать оперативную обстановку.

Но даже в таких условиях удаётся находить бойцов, узнавать их судьбы. Как в случае с бойцами с позывным "Кол" и "Поэт" из Дзержинска.

"Взял автомат и на костылях двинулся выполнять приказ"

Первый – мужчина неопределённого возраста, от 30 до 40 лет. Бойцы говорят, постоянно жаловался, что ему не везёт, но при этом удивительно спокойный, серьёзный и мужественный. Так вот, после захода в город их группа продвигалась в направлении к зданию городской полиции и дальше, по плану, в сторону шахты "Торецкая". Сзади шёл Поэт, который машинально пнул ногой сбитый дрон, лежавший возле тропы. Раздался взрыв... Поэт и Кол – "триста".

Через какое-то время они пошли на эвакуацию к группе Михея. Но и тут Колу не повезло. Погода наладилась, в небе появились птицы – все передвижения как на ладони.

Всего лишь за два дня до их прихода проскочила грузовая "Газель" с двойной кабиной. Привезла очень много провианта, бензина, ВОГи для дронов, патронов для АГС. И уехала полупустая, взяв группу Кошмара и двух раненых бойцов. Но Кол и Поэт пришли позже. У Кола основные ранения пришлись на ноги. Он с трудом передвигался на полусогнутых ногах на костылях. Когда Михей, тоже раненый, ушёл на передовую, Кол стал выполнять у нас обязанности медика,

– рассказывает один из бойцов эвакуационной группы.

Среди кучи металлолома, грязи и руин ведут поиски группы эвакуации. Скриншот: тг-канал "БЧ 3"

И тут в Дзержинске началась ротация. Кол уже представлял, как будет лежать на госпитальной койке. Однако пошли слухи о возможном наступлении ВСУ. Наши бойцы стали готовить противнику встречу, и всех, кто на ротацию, тормознули. Всех раненых, кто мог ходить и держать оружие, двинули на передок.

Так Кол из подлежащих эвакуации вернулся на передовую. Молча, без соплей и истерик, взял автомат, аптечку, надел бронежилет, рюкзак, я не помню, и на костылях двинулся выполнять приказ. Хочу сказать, что парень герой. Настоящий герой. С виду тихий и спокойный, а внутри железобетонный стержень! Родителям низкий поклон за такого сына!

– говорит очевидец истории Кола.

Кстати, как сложилась его судьба, неизвестно, а вот Поэт через 10 дней после ранения скончался. Его тело отнесли в детскую поликлинику и оставили на первом этаже, откуда позже его можно было бы забрать и передать родным.

Вот так и работает Ремарк и его команда, собирая информацию с мира по нитке, чтобы рассказать потом близким бойцов, каким был их последний день на фронте.