По мере развития ударных дронов и, как следствие, увеличения килл-зоны, логистика переднего края усложняется. За работой одной из групп подвоза 9-й отдельной гвардейской мотострелковой бригады 51-й гвардейской армии в составе группировки войск "Центр" наблюдал корреспондент издания "Украина.ру".
Хоть ночи тут и бывают неспокойными, спит Донецк как праведник. Тишина не просто абсолютная, она будто растворяет в себе любой шорох.
Поскольку снабжение нынче дело хлопотное, доставка груза – это целая операция, распланированная поминутно. Чтобы не сбивать тайминг, приехали загодя. Ждем.
Минут через пять ожидания к месту встречи подкатывает черный внедорожник без передних дверей. Стекла местами заменяет плотная металлическая сетка. Экипаж – два человека.
Жмем руки.
– Едем?
– Да, пристраивайтесь за нами. Туман – это зашибись. Нормально долетим.
Перемахнув через борт, коллеги с ружьями устраиваются в кузове пикапа.
– Если чего вдруг, то мы по крыше стукнем и стрелять начнем. Вы тогда останавливайтесь сразу.
В ответ старший лейтенант ехидничает.
– Если вы стрелять начнете, мы и без стука поймем, что нужно остановиться.
Туман густой лег, почти осязаемый. Это прекрасно, но не панацея. Сам видел, как толковые операторы и в такую погоду "фипки" гоняют. Весной 2026-го и на тыловых дорогах неуютно стало, а здесь небо чистым не бывает в принципе.
До промежуточной точки, впрочем, добираемся штатно. Рассредоточив машины под еще пока зелеными деревьями, вываливаемся в темноту.
"Тиха украинская ночь, но сало нужно перепрятать", – тут же дежурно шутит кто-то.
Мимо то и дело проезжают солдаты на байках, внедорожниках и мотоциклах. Кто-то здоровается, кто-то молча показывает большой палец.
– Так, сейчас курим, выдыхаем и дальше гоним без остановок.
– Принято.
– Только постарайтесь не отставать. Там надо жать хотя бы восемьдесят, а лучше быстрее.
Где можно чуть медленнее, там хоть какой-то асфальт, а ежели галопом, так непременно бездорожье и сгоревшие машины разбросаны тут и там. То едем, то скачем, то над землею летим.
– Игорь, возьми дрон-детектор в кармане сиденья, включи.
– Де-те-ктор? Он же улавливает все подряд, мерзко пищит и нервирует.
– Поэтому мой – в режиме вибрации. Чего там?
– FPV. Расстояние – пятерка.
– Если меньше одиннадцати, то не парься вообще.
Скопление машин впереди. Головное авто бьет по тормозам. Мгновение – и вот уже мы дышим свежим воздухом, стараясь не кучковаться. Кто-то отдает команды, кто-то занимает позиции для отражения атаки.
–Чего у тебя? – кричат из кузова.
– Да тут прямо фестиваль, – отвечаю, демонстрируя экран детектора, на котором пять или шесть бомбочек с крылышками все никак не рассчитаются на "первый/второй".
Блин! – резюмирует коллега, шаря дулом ружья по сереющему небу.
Вроде стороной прошли.
– Мужики, давайте рассасываться, а то нас тут сейчас всех одним пакетом накроют. Погнали до следующего ПВН. Он тут близко, – командует рослый боец, шагая вдоль случайно образовавшейся колонны.
Звучит разумно.
Клаустрофобия, которую испытываешь, перемещаясь под защитной сетью, не идет ни в какое сравнение с агорафобией, которая шарашит по голове на "открытке". Светает, а мы, как назло, – на возвышенности. Вокруг – ни дерева, ни кустика, ни даже развалин.
– Туман красиво по низинам растекся.
– Ага. У нашего ангела-хранителя сегодня очень тяжелый день.
– Да подъезжаем уже. Главное – не тупить. Утро обещает быть ясным.
За очередным поворотом доставщики притормаживают. Один из парней выбирается из машины, машет рукой, привлекая наше внимание, а затем указывает, куда свернуть. На пятачке, укрытом от любопытствующих густой растительностью, приступаем к разгрузке. Это крайняя точка, до которой на четырех колесах добраться можно.
Мы вовремя. Курьеры еще не прибыли.
– Привезли топливо для генератора, продовольствие, сигареты, мешки, пятилитровые бутыли, которые ребята используют в качестве тары для доставки грузов на позиции с помощи "птичек", эти самые дроны – тоже. В общем, доставляем все, что пацанам требуется, – перечисляет боец с позывным "Фил".
Из жаркого автомобильного нутра он вынимает канистры, мешки, пакеты и ящики. Осторожно передает напарнику, тот сортирует и раскладывает все это богатство на полянке.
– Не страшно вот так ездить?
– Страшно, конечно. А что делать? Надо. Пацанам надо помогать.
– Под самую крышу, смотрю, загрузились.
– Это еще ничего. Бывает и больше. Сейчас разгрузимся и обратно. Подготовим следующий груз и утром снова поедем.
– Сейчас по туману проскочили, а на обратном пути нас что защитит?
– Удача.
Из пыльных недр курьерской машины голосит забытый всеми дрон-детектор. Сейчас не до него – время дорого. Отсюда на мотоциклах, квадроциклах, электровелосипедах, а где-то даже пешком груз растянут по самым "горячим" позициям.
Через минуту на поляну влетает первый квадроцикл с прицепом. Экипаж – два человека: водитель и стрелок. Тепло поприветствовав друг друга, ребята приступают к погрузке.
– Как дорога?
– Неспокойная. Небо "грязное".
– Вам же еще не слышно ничего за ревом "квадрика"?
– Почему? Привыкли. Уши уже как-то отдельно работают. Плюс – ПВНы предупреждают, если чего летает.
До войны крупный боец с позывным "Кабан" работал водителем. Тогда стеклопакеты возил, а сейчас – боеприпасы, медицину и воду. Стянув край балаклавы на подбородок, он будто не может надышаться после бешеного заезда по бездорожью. Хотя, вроде бы, совсем не запыхался.
Улыбается.
– Частенько от дронов отбиваться приходится, да. И даже подрывало меня. Но серьезное ранение было одно. И то арта. С дронами обычно везло. Либо сбивал их, либо куда-то уходил, – рассказывает он, усмехаясь.
Утреннюю тишину в клочья рвет стрекот очередей. Ближе к нам автоматы прямо захлебываются.
Проснулись, – думаю и кошусь на "Кабана".
Тот в ответ корчит рожицу. Фигня, мол, работаем. Погрузив бутыли с питьевой водой, мужики накрывают прицеп маскировочной сетью.
Ну, с Богом!
Тем временем на поляне образовывается деловитая суета. Бойцы приезжают, хватают грузы и быстро уезжают. Кто-то обменивается новостями, кто-то смывает с лица пыль дорог, кто-то формирует новую партию, чтобы время зазря не терять.
Пока суд да дело, заводим беседу с "Мацыком". В экипаже, за которым мы сюда притащились, мужчина отвечает за безопасность. И сейчас он контролирует небо – с ружьем наперевес.
– Выходит, ты стрелок?
– Да, наблюдаю за небом. Если какая опасность, подаю команду – мы выбегаем из машины. А уже оттуда начинаю работать по тому, что нас преследует.
– Сбивать доводилось?
– Доводилось. И ранения от дронов получал.
– Много сбил?
– На моей памяти их было пять. Но я в этой команде недолго.
– Мандраж случается, когда нужно по дрону стрелять?
– Да. Вообще, только у неадекватных людей, по-моему, его не бывает.
Закругляемся. Еще один квадрик загрузим и, как говорится, алга.
Облокотившись на борт самодельного прицепа, боец с позывным "Шрек" дергает молнию большой черной сумки, чтобы показать гостинцы, которые сегодня доставит сослуживцам. В руках его, ко всеобщему изумлению, оказывается самый настоящий арбуз, который чудом не раскололся на этом бездорожье.
– Еще банка с перцем халапеньо из необычного, а так ребята колбасу просят какую-нибудь хорошую, сырок, сало. Сейчас вот кусок мяса везу замороженный. К вечеру оттает и приготовим с ребятами что-нибудь. Лимонады всякие просят, соки. Бывает, что груз какой-нибудь срочный нужно доставить и места для гостинцев не остается. Но я все равно стараюсь что-нибудь вкусненькое для парней захватить, – рассказывает он с улыбкой.
Черты лица у "Шрека" суровые, а улыбка – на удивление теплая. И голос мягкий. Потому, наверное, "Шрек". На квадроцикле они с напарником доберутся до определенного места, где пересядут на электровелосипеды и потащат грузы туда, где совсем уж злобно.
– Недели полторы назад была ситуация: на "ждуна" нарвался. До сих пор в голове не укладывается, как это я так быстро среагировал. На ходу снял ружье с предохранителя и выстрелил. Я на горку поднимался на скорости, а тут он. Выстрелил один раз – сразу сбил. Он пролетел у меня над головой и упал в камыши. Сам, правда, я тоже упал и велосипед повредил, но это мелочи. Главное – жив. Иной раз говорят ребята, что я бесстрашный. А я не бесстрашный. Я также боюсь, как и все. Не боится только мертвый, а живые тут все жить хотят, – резюмирует парень, устраиваясь поудобнее на сидении квадрика.
Прощаемся.
– Надо ехать, мужчины, туман ждать не будет! – торопит "Мацык".
Тут уже не до перекуров. Натурально рвем когти, робко надеясь, что солнце маленько проспит, да еще уповаем на пункты воздушного наблюдения. Детектор уже привычно массирует ладонь вибрацией.
На узком участке из-за выгоревшей машины неожиданно вылетает "броня", утыканная "дреддами", что твой ершик для унитаза. Расходимся чудом.
– Чуть не причесал он нас.
Испугался? Да как-то даже не успел.
– А у меня реакция хорошая. И испугаться успел, и от столкновения уйти. Вообще, он бы не зацепил, конечно. Просто выскочил неожиданно.
– Саечка за испуг. Наш ангел-хранитель работает сверхурочно.
Пронизывая туман сотнями и сотнями лучиков, солнце окрашивает мрачную действительность в золото. Будто кисть, испачканную желтой гуашью, бросили в стакан, полный чистой воды. Красиво, но и страшновато малость, ибо прикрытие наше прямо на глазах растворяется.
Впрочем, на горизонте уже показалась Авдеевка. На последних каплях удачи так-сяк доберемся.
