Если открыть карту Донбасса, фамилия Мориса Тореза встречается сразу в нескольких местах. В Донецке есть улица Тореза, а примерно в шестидесяти километрах от центра ДНР находится город Торез. Для человека, не знакомого с историей региона, связь может показаться случайной. Почему именем французского политика назвали шахтерский город на востоке Украинской ССР и одну из улиц Донецка? Ответ связан с советской историей, международным коммунистическим движением и, что особенно важно, с происхождением самого Тореза.
Из забоя в большую политику
Морис Торез родился 28 апреля 1900 года в Нойель-Годо, горняцком поселке на севере Франции, в департаменте Па-де-Кале. Своего биологического отца он практически не знал: тот погиб при трагических обстоятельствах, когда Морису было около двенадцати лет. Мальчик был усыновлен шахтером Луи Торезом, вырос в рабочей среде и уже в детстве оказался связан с угольной промышленностью. О себе он позже вспоминал:
«Сын и внук шахтеров, насколько хватает моих воспоминаний, я вновь вижу перед собой суровую жизнь рабочего: много тягот и мало радостей».
В шестилетнем возрасте Торез оказался свидетелем последствий крупнейшей в истории Европы горной катастрофы, произошедшей 10 марта 1906 года на севере Франции (между коммунами Куррьер и Ланс). Тогда погибли более тысячи человек. В своих воспоминаниях Торез писал:
«Я играл с другими ребятами из шахтерского поселка, когда наше внимание привлек глухой гул, топот вдали, стук копыт по мостовой. Люди бросились в одном направлении — я побежал вместе с ними… В Мерикуре я сначала ничего не увидел. Людской поток разбивался о высокую железную решетку, за которой суетились фигуры в черном… Вдали в тумане виднелся копер шахты с неподвижными шкивами. Над этим мрачным пейзажем стоял запах мокрой сажи, гари, дыма».
Уже подростком Морис сам начал работать на шахте, а позже именно рабочее происхождение стало важной частью его политической биографии.
В 1919 году он вступил в социалистическую партию. После раскола французских левых Торез оказался среди тех, кто создал Французскую коммунистическую партию. Его политическая карьера развивалась стремительно: в 1920-е годы он вошел в руководство партии, а в 1930 году стал ее генеральным секретарем.
На этом посту Торез оставался больше тридцати лет.
Французский коммунист в советской политике
К 1930-м годам Торез стал одной из главных фигур французского левого движения. Это было время, когда политическая жизнь Европы быстро менялась. В Германии к власти пришли нацисты, во Франции усиливались правые и ультраправые организации, в то время как коммунисты пытались объединиться с другими левыми силами.
В 1936 году Французская коммунистическая партия поддержала правительство Народного фронта во главе с социалистом Леоном Блюмом. Сам Торез в правительство не вошел, но его политическое влияние во Франции к тому времени было весьма заметным. При этом в СССР за ним внимательно следили. Торез был одним из наиболее известных западноевропейских коммунистических руководителей и неоднократно приезжал в Советский Союз.
В 1939 году новое французское правительство в ответ на подписание Советско-Германского пакта запретило деятельность компартии. Торез сначала был мобилизован в армию, но затем покинул расположение своей части, перебрался через Бельгию и Швецию в СССР и продолжил руководить французскими коммунистами из Москвы.
Во время Второй мировой войны Морис и его соратники участвовали в движении Сопротивления. Победу Красной армии под Сталинградом он приветствовал такими словами:
«Славная эпопея Сталинграда знаменует решительный поворот в справедливой войне цивилизованного мира против гитлеровской Германии… О советскую скалу разбились волны фашистских орд… 6-я германская армия, которая, как ураган, пронеслась по Франции, целиком уничтожена».
После освобождения Парижа от немцев и помилования Шарлем де Голлем за дезертирство, Торез вернулся на родину. Послевоенная карьера сделала его еще более известным. В 1945–1947 годах он входил в правительство, занимая должности государственного министра и заместителя председателя кабмина. При этом Торез продолжал оставаться лидером Французской коммунистической партии. В послевоенный период он неоднократно встречался с первыми лицами СССР. В своих мемуарах Торез отмечал:
«В Барвихе, а затем во время моего пребывания на берегу Черного моря ко мне несколько раз неожиданно посещал Сталин, и мы разговаривали по-русски».
Для советской власти Торез являлся удобной фигурой сразу по нескольким причинам. Это был коммунист из крупной западной страны, участник французского Сопротивления, депутат парламента и человек с рабочим происхождением. А еще — политик, тесно связанный с Советским Союзом.
Но для Донбасса важнее всего была одна деталь: Торез был сыном шахтерского края.
Почему его имя подошло Донбассу
В советской системе ценностей горняцкий труд занимал особое место. Донбасс был главным угольным бассейном страны, а шахтеры стали одним из символов советского рабочего класса. Видимо, по этой причине биография Тореза воспринималась здесь несколько иначе, чем, например, биография иностранного дипломата или писателя, пусть даже известного коммуниста.
Морис Торез умер 11 июля 1964 года на борту советского теплохода «Литва». Ему было 64 года. А через четыре дня после его смерти, 15 июля 1964 года, Президиум Верховного Совета УССР принял указ, в котором говорилось:
«С целью увековечения памяти Мориса Тореза — выдающегося деятеля французского и международного коммунистического и рабочего движения, друга Советского Союза, переименовать город Чистяково Донецкой области в город Торез».
К 1964 году история Чистяково насчитывала уже почти два столетия. Поселение возникло в 1778 году, первоначально называлось Алексеевкой, затем Алексеево-Леоново, а с 1860-х годов стало развиваться как угольный центр. С 1868 года за ним закрепилось название Чистяково — по фамилии владельца местного имения, таганрогского купца Чистякова.
В 1932 году Чистяково получило статус города. В 1933 году здесь создали трест «Чистяковуголь» (позже — «Торезантрацит»), объединивший десятки шахт.
После переименования название Торез сохранялось за городом более полувека. В 2016 году Верховная Рада Украины переименовала его обратно в Чистяково в рамках декоммунизации. Однако в ДНР город по-прежнему называется Торез.
Улица в Донецке, названная именем лидера французских коммунистов, появилась в июле 1964 года. Она расположилась на юго-западной окраине города, в Петровском районе, в границах рабочего поселка шахты № 21. Тут надо заметить, что к середине 1960-х годов стремительно растущие города Донбасса столкнулись с серьезной топонимической путаницей: из-за бурного развития и поглощения бывших рабочих поселков в городе накопилось много одинаковых названий. Буквально в каждом районе, а порой и в соседних микрорайонах, существовали свои «Шахтерские», «Шахтные», «Горняцкие» и «Забойные» улицы, переулки и проезды. Смерть Мориса Тореза стала удобным поводом для советских властей, чтобы решить проблему дублирования: профессиональный, но слишком популярный топоним заменили именем горняка из Па-де-Кале.
Впрочем, Донецк был не единственным городом, где увековечили имя покойного лидера французских коммунистов. В СССР существовали улицы Мориса Тореза в Горьком (Нижнем Новгороде), Куйбышеве (Самаре), Туле, Тюмени, Новокузнецке, Димитровграде и других городах. В Ленинграде его имя получил проспект Тореза, а в Москве — набережная (сегодня — Софийская). Его имя носил Московский государственный педагогический институт иностранных языков — будущий Московский государственный лингвистический университет.
Память о Торезе сохранялась не только в Советском Союзе. Во Франции его имя также появилось в названиях улиц, площадей и других объектов, особенно в бывшем угольном бассейне Нор — Па-де-Кале.
Александр Медников
